«Афон — это еще не Царствие Небесное, но уже и не наш мир», — так говорят паломники, побывавшие в этом единственном в мире монашеском государстве. Невозможно найти православного человека, который не мечтал бы хоть раз очутиться здесь и ощутить особую атмосферу Святой горы. Такая возможность появилась у нижегородцев 25 мая, когда в Нижегородском государственном выставочном комплексе на площади Минина и Пожарского открылась фотовыставка «Сокровенный Афон». Обители и пейзажи Святой горы, портреты монахов и паломников — от каждой фотографии веет солнцем, теплом и верой. Над каждым кадром хочется размышлять, о каждом хочется расспрашивать. О своих паломничествах на Афон и о том, как создавалась выставка, рассказал ее автор — протоиерей Игорь Пчелинцев.
— Как и когда произошло ваше первое паломничество на Святую гору? Насколько совпали ваши заочные представления об Афоне с впечатлениями от первого визита?
— На Афон я хотел попасть всегда, по крайней мере, с начала своего священства в 1990 году. Мечта осуществилась только в 2008-м. Правда, за эти годы сам Афон приходил к нам неоднократно, хотя бы в лице покойного монаха Александра (Блума), многих книг и фильмов. Помню, еще в середине 90-х, когда появились первые видеофильмы, я переписывал их у знакомого московского священника. Фильмы были на греческом языке, я им не владею, но была картинка: монастыри, монахи, Святая гора. Потом был период некоторого охлаждения — начитался всякой негативной информации о нестроениях на Афоне, и думалось, что там, как и в миру, все уже не то. Но когда мы там оказались, все отрицательное ушло. Афон был Афоном, вершиной духа.
— Изменились ли ваши впечатления во время второго паломничества? Это был совсем другой маршрут, или вы хотели вновь посетить знакомые места?
— Первое паломничество было в составе официальной делегации паломников Фонда Серафима Саровского, второе — семейное практически, нас было всего трое и сопровождающий нас монах, нижегородец по происхождению. Мы посетили и знакомые обители, и много новых.
— Какие мысли посещают паломника при восхождении на Святую гору?
— У каждого свои мысли. Мы старались идти с молитвой, при этом я лично просто мысленно просматривал свою жизнь.
— В этом году празднуется 1000-летие русского присутствия на Святой горе. Насколько оно ощущается на Афоне теперь? Много ли там русских, и все ли они сосредоточены в Свято-Пантелеимоновом монастыре?
— В настоящее время почти в каждом монастыре есть русские монахи, послушники и трудники, многие живут в келиях пустынножителями, возрождается большой русский скит «Новая Фиваида», да и само братство Свято-Пантелеимоновского монастыря увеличивается. Не все этому радуются, но не будем о грустном.
— В чем состоит значение Афона для судеб Русской Церкви сегодня, почему, на ваш взгляд, эта юбилейная дата так значима?
— Как и любой юбилей, это возможность привлечь внимание к месту и событиям, связанным с ним, решить какие-то насущные проблемы и развивать стратегию. Русская Церковь и в богослужебной жизни, и в аскетической очень обязана Афону, общеафонскому наследию и тем подвижникам, которые вышли оттуда и стали наставниками и просветителями русского православия в разные, особенно ключевые моменты его истории, в годы духовного охлаждения.
— На выставке есть фотография «Кофе и сигареты», на ней запечатлен трудник монастыря Кутлумуш. Насколько вообще строго регламентируется на Афоне пристрастие к табаку, алкоголю, кофе?
— О регламенте я не знаю, но нас, русских паломников, конечно, несколько смущало то, что греческие паломники и трудники свободно курят в монастырях. Про алкоголь ничего не могу сказать, хотя на трапезе в те дни, когда устав дозволяет вино, оно стоит на столах, и каждый по желанию пьет, никто за этим не следит, но, мне кажется, никто и не злоупотребляет. Ну, а кофе на Востоке пьют все и везде, монахи — чуть меньше, чем миряне. По афонской традиции каждому пришедшему в монастырь паломнику, путнику предлагается сразу такой «набор гостеприимства»: чашечка кофе, рюмка ракии (виноградной водки), кусочки рахат-лукума и холодная вода. При желании можно и повторить.
— Есть ли на Афоне особенно дорогие вашему сердцу места, куда непременно хотелось бы вернуться?
— Я очень люблю монастырь Симонопетра, пение там на службе. Очень хотелось бы еще подняться на Гору, ну и есть еще много мест, где мы не были, в том числе, к сожалению, в сербском монастыре Хиландар и в болгарском Зографе.
— Как случилось, что ваша выставка привлекла внимание Общества друзей Святой горы Афон в Великобритании? Как она была организована и на каких площадках проходила?
— Я давно состою в этом обществе, а в прошлом 2015 году праздновалось его 25-летие, и я предложил руководству сделать фотовыставку. Планы по ее устроению вынашивались уже много лет, и вот как раз нашелся достойный повод. Выставка демонстрировалась в Оксфорде, в Лондоне, а в начале будущего 2017 года откроется еще раз в Кембридже.
— Чем вызван интерес наследного принца британской короны Чарльза к Афону и высочайшее патронирование им Общества друзей Святой горы?
— Наверное, во-первых: принц имеет православное происхождение — его бабушка Алиса была православной королевой Греции, она похоронена, по ее завещанию, в Иерусалиме, в храме святой Марии Магдалины, где покоятся также святые мощи ее родственницы — преподобномученицы великой княгини Елисаветы Феодоровны. Отец принца Чарльза принц Филипп, супруг королевы Елизаветы II, до династического брака тоже был православным. А во-вторых, принц Чарльз очень любит Святую гору и часто ее посещает, помогает монастырям, его хорошо принимают на Афоне.
— По какому принципу вы выбирали фотографии для подарка Его Высочеству?
— Я уже не помню подробностей, мы выбирали фотографии с друзьями прямо на выставке, выбрали хорошие фото монастыря Симонопетра.
— На сайте Русской духовной миссии в Иерусалиме говорится об открытии выставки на Святой земле. Расскажите, где это случилось.
— Выставка открылась недавно на подворье святой Тавифы в Тель-Авив-Яффо на праздник Святой Пасхи, и я надеюсь, что мы сможем показать ее в этом году и в Иерусалиме.
— На ваших фотографиях множество завораживающих видов и картин. Скажите, вам снятся ландшафты и пейзажи Святой горы?
— У меня сложное взаимоотношение со снами: я им не верю в целом и не обращаю на них внимания, поэтому они обижаются и практически не снятся мне. А Святую гору я люблю просто вспоминать, читать о ее подвижниках, смотреть фотографии (не свои), всегда интересуюсь историей тех или иных святынь Афона.
Беседовал Роман Гоголев
Версия для печати Татьяны Фалиной
При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.
